Наибольшее значение в оформлении интерьеров Останкинского дворца ткани имели в пространстве Южной анфилады парадных залов второго этажа, построенных в 1796-1797 годах.
Возведение анфилады велось чрезвычайно быстро, особенно поспешно выполнялись работы по внутренней отделке помещений, когда определились даты торжеств по случаю коронации Павла I в Москве – апрель 1797 года. Это привело к лихорадочной поспешности в принятии различных, иногда противоречивых, решений по убранству, особенно тканевому, когда качество декоративных материй, драпировок и обитий стен и мебели, а также и цветовое решение самого интерьера несколько раз менялись, а окончательное решение было принято в последний момент. Связано это было с усилением влияния любимого Павлом I главного придворного архитектора В. Бренны, услугами которого Шереметев пользовался на всем протяжении строительства Останкинского дворца.
Примечательно, что залы анфилады в этот период часто принято было называть по цвету тканевых обитий. Это подтверждает исследователь интерьеров эпохи классицизма Е.В. Николаев: «Все эти проходные, нежилые комнаты были, в сущности (независимо от того, как их называли), гостиными – комнатами для приема гостей…Часть комнат не имела никакого особого назначения, и в разговоре их различали по цвету стен – «розовая», «голубая»».
На фиксационном чертеже-разрезе, выполненном крепостным архитектором Б. Курзиным после окончания второго этапа строительства дворца, можно увидеть, как была устроена Южная анфилада. Решение тканевого убранства представлено только для доминанты анфилады – Голубого зала. Однако дворцовые описи свидетельствуют, что с помощью чередования тканей, разнообразных по качеству и рисунку – яркого пунцового и малинового бархата, голубого и зеленого штофа, затканной золотной нитью парчи и золотного гаса – контрастно выделялись наиболее важные по значению интерьеры.
Читать далее